Китайская «Книга Перемен» или «Чииг I» является одной нз наиболее интересных и, несомненно, одной нз наиболее доступных среди таких систем «лунарного» знания. Она также уникальна в смысле свободы от пагубного влияния; ее усердное изучение не может дать ничего, кроме хорошего. «Чинг I» начинается серией пророчеств, шестьдесят четыре из которых записаны (в соответствии с традицией) Королем Веном, основателем династии Чоу, более чем за тысячу лет до Рождества Христова. Эти 64 пророчества были позднее дополнены «описаниями» и комментариями отдельных стихов. Конфуций и многие другие схоласты писали комментарии к ним; наиболее точный перевод их опубликован в двух томах в 1951 году.
На простейшем уровне «Чннг I» можно считать книгой предсказаний, напоминающей «Альманах старого Мора», и, без сомнения, ее необычность объясняет ту громадную популярность, которую она приобрела за последние годы. Но эта необычность основывается на системе, и изучение ее — более благодарное занятие, чем обращение за пророчествами.
Эта система основана на простом противопоставлении света и тьмы, или положительного и отрицательного, называемого в ней Янь и Инь. Из того, что уже было сказано в настоящей главе, мы можем догадаться, что эти «свет» и «тьма» должны отождествляться не столько с примитивными понятиями добра и зла, сколько с солнечными и лунными законами. Другими словами, Инь не является символом всего отрицательного, а обозначает темноту «потустороннего разума».
Янь представляется непрерывной линией, вот так:
Инь — линией, разорванной посередине:
Каждое из шестидесяти четырёх “пророчеств” составлено из шести линий, положенных одна на другую, как бутерброд:
Эта диаграмма представляет гексаграмму номер 56, Лу, Странник. Каждое из шестидесяти четырех пророчеств имеет заглавие. Любой имеющий склонность к математике в состоянии увидеть, как шестьдесят четыре гексаграммы следуют из Янь и Инь. Если Вы начнете рисовать две линии одну за одной, одну Янь, одну – Инь, затем посмотрите, сколько различных комбинаций Вы сможете получить, подрисовывая под ними новые линии по типу бутерброда. Вы увидите, что шесть линий образуют шестьдесят четыре различных узора. Я начинаю с двух линий, теперь, когда я добавлю к каждой по второй линии, возможными станут четыре комбинации, и когда я добавлю третью линию, возможны восемь комбинаций. Короче говоря, я удваиваю число всякий раз, когда добавляю новую линию к бутерброду. Но почему шестьдесят четыре гексаграммы стоят на первом месте?
Ответ, возможно, в том, что король Вен решил, что существовало восемь следующих основных символов:
- Ч”ен, Созидающий, Небо
- К”ун, Воспринимающий, Земля
- К”ен, Неподвижный, Гора
- К”ан, Бездонный, Вода
- Чен, Пробуждающий, Гром
- Сан, Тихий, Ветер
- Туй, Радостный, Озеро
- Ли, Льнущий, Огонь
При первом знакомстве изучающий склонен удивляться, почему приведенный ряд должен содержать и воду, и озеро — понятия, которые, кажется, дублируют одно другое, пока не обнаружит, что символы идут в парах: Небо, Земля; Огонь, Вода; Гора, Озеро; Гром, Ветер. Они также в парах противоположных свойств: созидающий и воспринимающий; неистовый (гром) и тихий (ветер); неподвижный (гора) и жизнерадостный (озеро); цепляющийся (огонь;) и его противоположность — бездна (вода). Каждое из этих качеств представляется «триграммой»(три линии), и поэтому каждое из шестидесяти четырех «пророчеств» представляется двумя символами.
Король Вен, вероятно, медитировал над этими шестьюдесятью четырьмя комбинациями символов и интерпретировал каждую из них как возможную ситуацию или условие человеческой жизни. Например, если гексаграмма представляет землю сверху (на вершине гексаграммы) и небо внизу, то можно считать, что компоненты этой двойки оказывают давление один на другой с равной силой: небо пытается подняться вверх, земля пытается сдвинуться вниз — и совершенно уравновешивают друг друга. Король Вен поэтому назвал такую гексаграмму Мир (или Гармония). С другой стороны, если небо сверху, а земля внизу, то двойка движется в разных направлениях, без созидательного контакта, и эта комбинация рассматривается как Стагнация, или Застой. Такая интерпретация показывает, что мы имеем дело с созидательной тенденцией сознания и качеством восприимчивости подсознания; их разделение в действительности фактически является причиной гибельного для жизни застоя.
