Самый наилучший способ понять значения карт Таро — просто смотреть на них внимательно, как дети смотрят на цветные рисунки в любимой книге. Обычно колоды Таро ранних столетий ярко раскрашены в основные цвета, так что их можно изучать как иллюстрации в детской книге. Хорошо, если изучающий проникнется духом средневековья: получасовое разглядывание такого издания, как «Аромат Средних Веков» Диона Эванса, прекрасная подготовка перед изучением Таро. Голова должна быть полна образами готических храмов, средневековых витражей, которые могли служить источником вдохновения для ярких красок Таро, маленьких городков, окруженных полями, и ремесленников, занятых повседневной работой. Без такой подготовки современный скептический разум вряд ли создаст собственные ассоциации по поводу таких карт, как Римский Папа (Папа Иоанн), Священник и Дьявол. Это также позволит почувствовать изменения, когда некоторые изображения были дополнены новыми деталями в эпоху Ренессанса или средневековья. Например, на карте с изображением Луны нарисованы воющие на нее собака и волк, а за ними из реки (или моря) на берег карабкается рак. Луна имеет женское лицо и льет свет на капельки росы. С другой стороны на заднем плане рисунка стоят две грозные башни. Каким-то образом все изображение выпадает из устоявшегося мира Чосеровских бюргеров и рыцарей в замках, сложивших руки в молитве. (Эта карта одна из немногих, которая радикально меняла форму; в колоде Карла VI нарисованы два очень Чосеровских астронома, наблюдающих за Луной без изображения лица, однако это совсем не означает, что волкособачья карта может иметь более позднее происхождение.) Эта карта скорее всего ведет свое происхождение с дохристианских времен и, может быть, ассоциируется с Белой Богиней.
Большей частью Таро — глубоко средневековые по концепции и прозападные по духу. Колода начинается с Жонглера — на Таро семнадцатого столетия он изображен в виде большого мерзавца — и заканчивается Шутом (или Нищим в лохмотьях). Между ними мир императоров, попов и отшельников, и карты, символизирующие эмоциональное напряжение, воздержание, суд и смерть. Одному из комментаторов Таро Альету не понравилось, что колода начинается Жонглером, и он переместил его на пятнадцатое место. А Вейт предпочел переименовать Жонглера в Мага, «обладающего выражением лица божественного Апполона, с вызывающей доверие улыбкой и лучистыми глазами», несмотря на мерзкий вид обманщика в Таро семнадцатого столетия. Он также предпочел закончить свое представление Великой Тайны (двадцать две козырные карты) вместо Шута картой Мира, изображающей обнаженную женщину, окруженную символами четырех евангелистов. В общем, Таро Вейта (нарисованные Памелой Смит) — это романтизированная и сентиментальная версия, хотя карты никогда не удаляются от их ранних оригиналов. Очевидным тестом для любого комментатора Таро является его понимание двух карт, представляющих Луну и Солнце — улавливает ли он разницу между «солнечным» и «лунным» знанием. Вейт не улавливает. Успенский подошел очень близко, хотя у него это воспринимается как предположение, призванное действовать на воображение, а не как истина.
Кроме Великой Тайны (Великой Арканы), есть также пятьдесят шесть карт из Меньшей Тайны, которые стали сегодня обычными игральными картами после изменения розг (или палок), кубков, мечей и денег в трефы, черви, пики и бубны. Примечательно, что существует два типа знаков в форме прута: палки и мечи — и два круглых знака — кубки и деньги, — и поскольку один из комментаторов отметил, что кубки и деньги использовались в средние века для ворожбы, можно считать, что они имеют отношение к стеблям тысячелистника и монетам «Книги Перемен». Каждая масть содержит короля, даму, валета, туза и карты, пронумерованные от одного до десяти. Почти наверняка четыре масти представляют четыре общественных класса средневековья: духовенство (кубки), торговцы (деньги), дворянство (мечи), крестьяне (розги).
Хотя некоторые специалисты и чувствуют, что Меньшая Тайна составлена из совершенно другого ряда карт, не имеющего ничего общего с козырями, они, конечно, обладают загадочным символизмом. На каждой карте есть рисунок. Он может изображать ряд кубков, составляющих радугу, или тело, пронзенное десятью мечами, или человека, изнемогающего под тяжестью десяти деревянных брусов. В Таро Вейта пять палок, например, представлены группой юнцов в поле, отчаянно дерущихся или играющих в военную игру. В «Лживых людях» Т. С. Элиота есть такие строки:
«Сошедшиеся в поле полки колеблются, как хочет ветер…»
Здесь очевидная ссылка на интерпретацию пяти палок Вейтом, в которой после слов о юнцах, размахивающих палками, он добавляет, что это «ненастоящая война… притворная борьба… В этом смысле она связана с борьбой в жизни». Пять палок Вейта становятся для Элиота символом чувства неизбежности постоянного движения, составляющего человеческое существование. С другой стороны Жерар Энкосс, опубликовавший комментарии Таро под псевдонимом Папюс, интерпретирует пять палок как «препятствие, преодоленное усердием, победу». Папюс считал Короля с мечом злым человеком; Вейт считал его символом неумолимого правосудия.
Меньшая Тайна Таро (Меньшая Аркана), как уже отмечалось, является источником, откуда возникли современные игральные карты. Их можно использовать для гадания, и интересно посмотреть, насколько близки значения этих двух колод; очевидно, что основные принципы картомантии (гадания на картах) едва изменились с пятнадцатого столетия. Десятка бубен, например, соответствует Счастливой Семье, десятка червей обозначает Дом. Далее перечислены еще несколько соответствий: Туз монет – счастье. Туз бубен – встреча, свидание. Пять мечей – потеря. Пятерка пик – похороны. Три монеты – торговая сделка, ремесло. Тройка бубей – общественная активность. Пять розог – ссора. Пятерка треф – суд, тяжба. Туз кубков – дом, преданное сердце. Туз червей – любовь, свадьба. Четыре монеты – владение, наследство. Четверка пик – наследство.
Такое соответствие кажется удивительным, если представить, сколько различных толкователей интерпретировали значения карт. Таро Папюса, например, претендует на широкую популярность, заставляя карты рассказывать истории. Кубки (черви), очевидно, обозначают любовную историю, в которой туз соответствует началу любви, двойка — «помехе, создаваемой одним из пары», тройка — «оба почувствовали любовь», четверка — «третья персона провоцирует ссору», пятерка — «препятствие устранено» и так далее. В толковании карт с деньгами он меняет значение четырех монет (наследство) на потерю.
Способы гадания на картах Таро и по обычной колоде сохранились относительно неизменными. Выбирается карта, представляющая или человека, задавшего вопрос, или сам вопрос; в колоде Таро палка (жезл) традиционно представляет энергичного блондина; кубки соответствуют светло-русым волосам и ленивому характеру; мечи — темно-русым волосам и энергичному характеру; монеты — брюнетам и праздному характеру. Выбранная карта кладется в центр стола; колода карт затем тасуется и трижды снимается задавшим вопрос. Дальнейшие операции зависят от того, какой способ более всего предпочитает предсказатель (гадалка). Карты могут браться одна за одной сверху колоды рисунком вниз и раскладываться в определенном порядке вокруг первой карты. Они указывают различные влияния на работе: общую атмосферу, какие силы мешают, каково идеальное решение, что было в прошлом, что только что произошло, что должно вот-вот случиться и т. д. Самый простой и быстрый способ гадания колодой Таро — это использовать Великую Тайну двадцать две козырные карты — и просто попросить задающего вопрос назвать пять чисел меньше двадцати двух, тасуя карты между каждым называемым числом. Отобранные карты выкладываются крестом. Одна, в центре, это синтез. Карта слева – подтверждение, благожелательные силы, справа — противодействующие, сверху — разговоры, ниже — решение. Карта-синтез в центре должна рассматриваться в совокупности со всеми четырьмя оставшимися.
Подобные манипуляции с картами могут казаться большим шагом вперед по сравнению с верой Йитса в действие символов на подсознание; но едва ли можно обвинять и читателя с логическим складом мышления, считающего предмет данной книги забавой для пустоголовых и легковерных. Однако прекратить дальнейшее изложение материала на этом месте значило бы выплеснуть вместе с водой и ребенка. Как и в случае с «Книгой Перемен», степень обоснованности гадания при помощи колоды Таро зависит от предположения, что подсознательное мышление может сделать нечто больше, чем кажется при поверхностном анализе. Оно знает вещи, скрытые от сознания. В определенные моменты мира или катастроф эти интуиции могут сообщаться с сознанием; или по непонятной причине они делают это совершенно беспорядочно, как в случае с внезапным предчувствием А. Л. Роуза, что два молодых человека обнимаются в библиотеке. Если мы можем допустить, что странные происшествия, преследовавшие Стриндберга, не являются целиком плодом его воображения, а были каким-то образом приведены в движение силой его собственного навязчивого желания, тогда недалеко и до следующего предположения, что на расклад карт при гадании оказывает влияние такое же желание. Отсюда также следует, что любой набор предметов может использоваться для гадания — часы, флакон с шампунем, плитка шоколада, разбитое зеркало — при условии, что каждый объект имеет определенное значение для предсказателя. Гадание (ворожба) при помощи домино и костей почти так же популярно, как и картомантия; многие первобытные племена гадают на связках палочек, зубов или на бусах. Таким образом, можно предположить, что используемые при гадании предметы — это просто глина, которая приобретает конкретную форму в руках подсознательного «скульптора». В поэме «Лабиринт» Одэн пишет:
«Про центр, что я не могу отыскать.
Мое подсознание знает;
Нет причин для печали,
Поскольку я уже там».
Главная задача — установить связь между подсознательным и сознательным мышлением; создатель Таро разработал для этого точнейшее средство. Символы в колоде Таро служат двойной цели: действовать как алфавит, через который подсознание может себя выразить, и стимулировать подсознание своей собственной внутренней энергией так же, как перфокарта может «стимулировать» электронный компьютер.
Несомненно, что большинство сомнительных мест в карточном гадании — элемент случайности. Логическому мышлению трудно усвоить, что карты, вытянутые наугад из перетасованной колоды, могут иметь какое-то реальное значение. Стрндберг верил, что сверхъестественные силы пытаются «показать» ему знаки, когда он столкнулся с некоторыми странными совпадениями или предзнаменованиями. И это именно то реальное предположение, которое лежит в основе всех «гаданий». Было бы интересно изобрести новый способ гадания на картах Таро, который допустил бы более прямое вмешательство подсознательного мышления: например, погрузить задающего вопрос в гипнотический транс и затем дать выбрать ему несколько карт из перевернутой колоды или уговорить его воспользоваться самогипнозом. В настоящее время необходимо заняться исследованиями отношения символов и подсознательного мышления, а также момента, при котором между ними возникает кибернетическая «обратная связь».
Существует один аспект, в свете которого Таро кажется менее важной в сравнении с «Книгой Перемен». Я объяснял, что хотя «Книга Перемен» — книга для гадания, она, кроме этого, пытается поднять сознание выше вопроса о судьбе, сделать сознание более активным и самоконтролируемым, а не беспокоящимся пассивно, что это все пройдет.
Этим подчеркивается главное отличие метода Таро и «Книги Перемен». Восток по своей природе — более беспристрастный, обезличенный, чем Запад. Восточное сознание мыслит естественно на языке души и природы, неба и земли, огня и воды; оно смотрит пристально с расстояния. Человек на Западе живет в более персонифицированном мире, со Спасителем, действующим как посредник между ним и небом. Символы Таро более сложны, сильнее задевают человека и более насильственны по отношению к нему, чем символы «Книги Перемен». При первом мимолетном взгляде Таро кажется перенасыщенным предсказанием несчастий по сравнению с «Книгой Перемен», которая в большей степени интересуется тем, как научить «лучшего человека» достичь сноровки при устройстве своей судьбы.
Усердное изучение показывает однако, что разница менее важна, чем это кажется с первого взгляда. Зловещие символы Таро: Повешенный Человек, Башня, Разрушенная Молнией; Смерть и Дьявол — служат для предзнаменования несчастья в меньшей степени, чем для пробуждения сознания из «тривиальности ежедневного существования», они являются неприятным знаком заставляющим сконцентрироваться на главном. Поп, Страшный Суд, Отшельник — все эти карты концентрируют внимание на «небе» так же, как делают это другим способом карты с изображением Звезды, Луны и Солнца. В то время, когда карты были новы в Европе, их символы оказывали глубокое эмоциональное воздействие, сила которого ослабла с времен Реформации. Но, как Т. С. Элиот указал в рассуждениях о поэзии Данте, «ничто не может помешать современному разуму втиснуться в рамки хроник средневековья, и быть так же глубоко затронутым ими, как современники Данте». Таро можно считать точным западным эквивалентом «Кинги Перемен»: системы «лунного знания», выраженной на языке символов.
