Один из наиболее ярких примеров действия Способности X можно обнаружить в десятом томе «Исследований истории» Арнольда Тойнби, где он описывает, как пришел к написанию этой работы. Он пишет о чувстве «реальности», внезапно приходящем к историкам: «Автор настоящего «Исследования» имел личный опыт такого рода 23-го мая 1912 г.: отвесная стена горы Тайгетус ограничивала кругозор с западной части, а широкая открытая долина Спарты простиралась вдаль на противоположной, восточной, стороне, откуда он пришел сегодня утром…»
«Чувственное переживание, которое активизировало его историческое воображение, не было вызвано церковными песнопениями, оно было вызвано видом руин, среди которых он поднимался на вершину, и это зрелище было устрашающим, так как в этом разрушенном волшебном городе Время замерло с весны 1821 года, когда Мистра была опустошена… Однажды апрельским утром орда диких горцев из Мани заполнила ее, ее жители были вынуждены спасаться бегством, их грабили и убивали, город был разорен и с тех пор и до настоящего времени стоит опустошенный…»
То, что оказало сильное воздействие на Тойнби, было не «мучительной загадкой человеческих преступлений и глупостей» прошлого, а реальностью, вызванной его воображением. Он упоминает шесть других случаев, в которых наблюдалось похожее на галлюцинацию ощущение реальности. Читая о том, как один из объявленных вне закона лидеров Итальянской конфедерации получил отказ в помощи от жены и совершил самоубийство у нее на глазах, он был «мгновенно перенесен через залив Времени и Пространства из Оксфорда 1911 года в Тианум 80-го года до нашей эры, и обнаружил себя на заднем дворе темной ночью в качестве свидетеля личной трагедии…» Он записал аналогичные случаи — все очень короткие, — когда читал Бернала Диаса, описывающего первую встречу испанцев с Тенохтитланом, Вилленхардуина, описывающего свою первую встречу с Константинополем во время крестового похода, греческого солдата, описывающего, как он пытался спасти девушку от изнасилования. И наконец, случай, в котором разделительная линия между Способностыо X и мистическим опытом становится трудноразличимой: «В каждом из шести только что описанных случаев писатель был моментально вовлечен в сопереживание с действующими лицами конкретного исторического события посредством того, как его воображение внезапно представляло данную сцену… Но был и другой случай, в котором он был участником более великого и более странного происшествия. В Лондоне на дороге, ведущей к Букингемскому дворцу, шагая в южном направлении и огибая западную стену станции Виктория-стейшн, писатель, однажды в какой-то полдень, вскоре после годовщины первой мировой войны… обнаружил себя вовлеченным не в какой-то конкретный исторический эпизод, но во все, что было, есть и будет. На мгновение он ясно ощутил, как История плавно проходит через него мощным потоком и его собственная жизнь возвышается, как волна, в этом обширном потоке. Это переживание длилось довольно долго, так что он успел остановить свой взгляд на красном кирпиче древней постройки и белом камне, облицовывающем стену станции, и подумал — наполовину удивленно, наполовину иронично — о том, как могла эта нелепая прозаическая обстановка вызвать озарение рассудка. Мгновением позже это ощущение пропало, и мечтатель вновь вернулся в повседневный мир кокни, который был его привычным социальным окружением…» *( Исследование истории (Оксфорд, 1954 г., с. 130— 140)).
Эти выдержки из Тойнби относятся к наиболее ясным из существующих описаний проявлений Способности X, и они приводят к заключению, которое я пытался сделать: чем более я пробужден, тем более она проявляется. Но то, что обычно зовется «пробужденным сознанием», не намного отличается от понятия сна. Мы все еще окутаны пассивной вялой дремотой. Но это не потому, что существует какой-то естественный предел сознания, а только потому, что мы остаемся в неведении о том, что оно может быть усилено. Мы как собаки, которые думают, что они на цепи, хотя на самом деле они свободны.
Способность X не является шестым чувством, а лишь потенциальным развитием сознания. И из того, что я выше написал, должно быть ясно, что она является ключом не только к оккультному опыту, но и к будущей эволюции человеческой расы в целом.
